Главная / В мире / Грудинину нравятся иконы и Сталин. Причем здесь коммунизм?

Грудинину нравятся иконы и Сталин. Причем здесь коммунизм?

Грудинину нравятся иконы и Сталин. Причем здесь коммунизм?

Миллионер из Подмосковья желает угнетать и эксплуатировать. Обращение к товарищам.

Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить. А Сталин умер. Потому что не доверял врачам. Так во всяком случае в 2008 году утверждал ЦИК в ролике, призывающим прийти на выборы президента. Современные парламентские коммунисты, в лице зампреда ЦК КПРФ Юрия Афонина и депутата Владимира Бортко, вполне бы и его могли запретить как, например, британскую комедию «Смерть Сталина». Их кандидат на выборах капиталист Павел Грудинин с теплотой отзывается о первом со временем Ивана Грозного тиране в Москве.

«Я похож на Сталина. Это мой плюс», — сказал Грудинин в программе «Время покажет».

Для коммуниста это минус. Сталин, конечно, революционер, но с коммунизмом его правление ничего общего не имеет. Вместо того, чтобы разжечь пламя мирового пожара в 1945-ом году советскими танками в Париже, он остановил их в Берлине. Красную Армию ждало левое крыло движения «Сопротивления» во Франции, остатки антифранкистов во Испании, предтечи «Красных бригад» в Италии. И даже Уинстон Черчилль ждал. Аналитики Туманного Альбиона еще весной 1945 года начали готовить план обороны острова от СССР под кодовым названием «Немыслимое» (Unthinkable), где уже к июлю не могли найти места для наземных операции против полностью «Советской Европы».

План не пригодился. Через год Черчилль на правах победителя войны в Фултоне речью, название которой дословно с английского переводится как «Сухожилия мира» (Sinews of Peace), дал старт Холодной войне. Итог которой — крах социалистической системы.

Итог для СССР вполне себе прогнозируемый. Еще и Маркс и Энгельс победу пролетариата в борьбе с капитализмом видели только в мировом масштабе. Вторил им Ленин. И Троцкий, высланный при Сталине из СССР на судне «Ильич».

«Свинцовый зад бюрократии перевесил голову революции», — пишет Троцкий в изгнании.

Это о Сталине, чья сильная рука — НКВД — еще не дотянулась до ледоруба в Латинской Америке, но слабый дух которого уже отказался от мировой революции. Марксистскую идею «отец народов», опасаясь лишиться власти, изменил на концепцию «социализма в отдельно взятой стране». На деле вышла постройка самой извращенной формы капитализма, хуже империализма, господство даже не монополий, а монополии — государства. И не только на средства производства, но и на рабочих, крестьян, мысли, слова, книги, фильмы, науку.

Единственный акционер советского «левиафана» — Сталин. Его состояние в ценах 2014 года журнал TIME оценивает в 7,6 триллиона долларов, это 9,5% от ВВП глобального рынка того времени. У Грудинина, который хочет быть похожим на Сталина, пока меньше. В ЦИКе говорят, что ценных бумаг у него хранилось за границей на 7,5 миллиардов рублей. Меньше у Грудинина и размеры «совхоза», где он, на словах, уже построил социализм. Доход, официально заявленный в ЦИК, — 157 миллионов рублей за последние шесть лет. Это больше, чем два миллиона в месяц, что в 27 раз выше средней зарплаты в «совхозе», которая не слишком и отличается от средней в Москве. Опыт управления «островком социализма», работники которого журналистам боятся слова против сказать, Грудинин готов распространить на всю страну. У Сталина навязать миру госкапитализм не вышло.

Грудинину нравятся иконы и Сталин. Причем здесь коммунизм?

История продемонстрировала: «сталинский вариант» социализма невозможно экспортировать в страны развитого Запада, где еще недавно бродил призрак коммунизма. Светлое будущее соцлагеря не влечет тех, у кого есть американская мечта и супермаркеты, которыми так восхищались Хрущев и Ельцин. СССР после Сталина интернационалистами пытался, конечно, разжечь пламя революции в странах третьего мира, но его успешно локализовали пожарные капитализма витринами Западного Берлина и Южной Кореи.

Коммунизм — это вовсе не церковь и иконы, с которыми Сталин, как верит тот же Грудинин, облетел Москву в морозном 1942-ом. Религия — это опиум для народа, который обезболивает страдания пролетариата сладкими рассказами о воздаянии после смерти. Семья — это лишь исторический этап отношений, по Энгельсу. Такой же как многоженство, матриархат. И в перспективе семья должна уступить место свободной любви, едва услышав о которой Грудинин смущается:

«Я, как христианин, отношусь отрицательно».

Христианский социализм близок Грудинину — в окружении памятников Ленину он построил храм. И далек Марксу и Энгельсу. 

«Христианский социализм — это лишь святая вода, которою поп кропит озлобление аристократа», — пишут они в Манифесте Коммунистической партии.

Грудинину нравятся иконы и Сталин. Причем здесь коммунизм?

Дети светлого будущего, по Марксу и Энгельсу, общие. Почти как в государстве Платона, где каждый ребенок, не зная с рождения биологических родителей, считает своим потенциальным отцом любого взрослого. 

Ранние коммунисты не только разрушали до основания старый мир, но и строили новый, дивный. Первые шаги Советской власти завоевали ей авторитет не только среди своего народа, но и в прогрессивных кругах Запада. Страна Советов первой в мире дала права женщинам, садики — детям помладше, школы — детям постарше, а молодежи — свободу любви, которая в те же США придет только летом 1967-го. 

Сталинская контрреволюция подарила миру лагеря, ГУЛАГ, доносы, репрессии, коллективизацию, врагов народа, депортации народов. Может быть и к лучшему, что все эти достижения контрреволюции «отец народов» в 1945 году не принес в страны Запада. В начале XX века Европа, не состоявшая в соцлагере, на правах авангарда капитализма экспериментирует с идеями безусловного дохода, высокими пособиями и прочими элементами социалистической эволюции. А России вновь, на президентских выборах 2018 года, партия КПРФ предлагает вариант со сталинским госкапитализмом, который осудила даже КПСС, но реформировать его, увы, не смогла. 

мнение автора материала может не совпадать с позицией редакции

Источник

Прокрутить до верха